Шаровка

Koda 02.11.2009 21:53

 Находиться Шаровка в 60 км от Харькова, ехать стоит по Киевской трассе до поворота на Старый Мерчик. Далее в сторону Богодухова до перекрестка, на котором указан поворот направо «на Богодухов», тут нам нужно ехать прямо. После расстояния в 20 км расположен мало заметный указатель налево «Шаровка». Проехав небольшое расстояние по лесу, и взяв немного правее, взору открывается въезд в усадьбу. Странно было бы не удивиться красоте Шаровки, ведь  по расположению судьбы ее миновала участь многих усадеб, бездушно разграбленных и уничтоженных после революции.

История этого поместья началась в 1804 году с детального описания Шаровки начала XIX века в «экономическом примечании на Богодуховский уезд». Хотя по некоторым данным земли ранее принадлежали полковому есаулу Ахтырского полка Матвею Осиповичу Шарай, который в 1670 году приобрел за 4 (четыре!) рубля «луг и пахотную ниву по одну сторону от речки Мерчик». В 1700 году на том месте был уже хутор на 112 дворов с церковью, кирпичной и поташной мастерскими. Первым же владельцем поместья считается Петр Ольховский. Именно он построил в 1836 году уникальный дворец с готическими башенками. В том же году была заложена приусадебная Благовещенская церковь. Усадебный дом, построенный Ольховским, стал тем ядром, вокруг которого со временем создавались сады, парк и службы. Говорят именно он и проиграл в карты свое поместье одному из братьев Геберштейнов. Христиан Геберштейн первый занялся «облагораживанием» парковой зоны поместья. К слову сказать, площадь Шаровки вместе с системой прудов занимает около 70 гектаров. Растения, в большей степени деревья, он закупал в соседнем поместье Каразина (сейчас это Краснокутский дендропарк). Кое-что закупал и за границей. Барон Кениг стал владельцем Шаровского замка в 1900 году. До этого он скупил почти все села вокруг, только в Богодуховском уезде ему принадлежала 21 тысяча десятин земли. Был он человеком далеко не бедным, имел 14 экономий и несколько спиртных и сахарных заводов. В 1915 году была издана книга, в которой содержатся фотографии села, местной школы и прудов. В одном из документов Леопольд Кениг обращался к губернатору с просьбой установить в имении электрическое освещение. Прошение удовлетворили, и в имении была построена электростанция.

Крестьяне же помещика Кенига, мягко сказать, недолюбливали из-за того, что он в свое время на корню уничтожил чуть ли не все дома окрестных жителей только по той причине, что из замка были видны мужицкие хаты. «Солом’яні стріхи» мешали Кенигу любоваться чудесными пейзажами. И поэтому барон решил, так сказать, народ «переселить». В Уфимской губернии купил шесть десятин земли, и силой начал выселять людей из хат, призвав жандармов для особо несговорчивых. Жизнь на новой земле не заладилась, многие решили вернуться домой в родные дома, но на этом месте нашли лишь пепелище. Там, где была прежде улица, шумел молодой сосновый лес. Село Шаровка стало строиться дальше на два километра – возле винокуренного завода. От местных жителей по сей день можно услышать несколько легенд о Шаровке. Первая легенда гласит, что богач женился на местной красавице, которой среди лета захотелось покататься на саночках, и ради нее гора возле усадьбы была усыпана сахаром. После этой временной прихоти гору прозвали «сахарной». Барон Кениг пытался развеселить всеми силами смертельно больную чахоткой (т.е. туберкулезом) жену, в то время это заболевание не поддавалось лечению. Если учесть то, что Кениг был сахарозаводчиком, легенда вполне убедительна. Вторая легенда затрагивает так называемый «камень любви» - неизвестно откуда взявшийся гранитный валун, расположенный в аллее. По тем же рассказам, в свое время супруга изменила барону в Крыму, на вот этом самом камне. Барон приказал перевезти камень и установить его в парке, как немой укор и доказательство адюльтера.

В свое время Леопольд Кениг нанял на реконструкцию усадебного парка известного паркостроителя Георга Куфальда, создателя парка «Кадриорг» в Таллинне. Из Риги, где Куфальд был директором городских парков, он пригласил ученых-садоводов. Используя особенности естественного рельефа, был создан террасированный сад. Верхняя терраса представляла партер с большим фонтаном. Ниже, по склону балки, расположились еще три широкие террасы с парадными лестницами. Укрепили их кирпичными оштукатуренными подпорными стенками, увитыми розами и виноградом. На балюстрадах установили декоративные каменные вазы и фонари. У подножия террас соорудили пруд с двумя фонтанами. Через него перекинули каменный мост с расположенными на нем цветниками. В парадной зоне при дворце обустроили розарий и грот с источником.

На пологом солнечном склоне нижней террасы расположилось образцовое садовое хозяйство с хорошо оборудованной оранжереей, домом садовника, огородом и садом. Вдоль стен террасы высадили персики, абрикосы и виноград. Между склонами были выкопаны пруды. Постепенно парк переходил в лесной массив. Часть парка и леса хозяева отвели под оленник. Олени чувствовали себя здесь на свободе. Не ручные, но подпускали к себе довольно близко. Кормушки были устроены так, чтобы оленей можно было видеть из парка. Оранжереи, специальные помещения для лебедей и курятники для породистых кур давали возможность осматривать растения и наблюдать за животными.

Внутренним устройством усадьбы занимались лучшие художники из Москвы, Санкт-Петербурга и Германии. Во дворце находились 26 комнат и три больших зала. Сейчас сохранился лишь  чудесный плафон в хоровом зале, над ним работали художники из Дрездена. Уцелели до нашего времени голландские печи и хоровой зал, потрясающей красоты кафельные камины, и бильярдная (сейчас библиотека) из мореного дуба, сделанная без единого гвоздя. Все это можно было увидеть несколько лет назад, игнорируя надпись «экскурсии запрещены» и поборов собственную боязнь заразиться туберкулезом. Дело в том, что во время революции семейство Кенигов отбыло за границу. С этого периода и по 1924 год никаких упоминаний об усадьбе в Шаровке нет. Во второй половине 1920-х годов пожаром были уничтожены манеж и конюшни. В конце 1940-х разобрана однокупольная усадебная церковь, склепы фамильного кладбища разрушены, сохранилась лишь надмогильная плита Христиана Геберштейна. Первые данные о советском периоде архитектурного комплекса датируются 1924 годом, когда имение передали противотуберкулезному диспансеру. В документе 1959 года главный врач диспансера описывает состояние парка. Медик констатирует, что на тот момент многие виды растений уже утеряны. В середине прошлого столетия парк был представлен 123 видами растений (12 хвойных и 111 лиственных), а также – 46 кустарниками. Средний возраст флоры Шаровки в те годы составлял 50-60 лет. В парке росли 20 дубов возрастом 250-300 лет и один дуб, которому, предположительно, полтысячелетия. В то же время главврач отмечал, что, несмотря на уход, насаждения находятся в запущенном состоянии и требуют тщательной прочистки. Таким образом, Шаровка более 80 лет работала противотуберкулезным диспансером. Рассчитан санаторий был на 300 человек, еще 30-40 лет назад он был полностью заполнен, в последние же годы число отдыхающих сократилось в десять раз. В апреле этого года председатель облгосадминистрации Харькова Арсен Аваков принял стратегическое решение о реставрации Шаровки. Первым этапом стало закрытие Шаровки как противотуберкулезного диспансера и в дальнейшем обеззараживание территории от туберкулезной палочки с помощью современных методов. Задачей было поставлено воссоздать парк в таком виде, в котором он был при помещиках, а отреставрированную усадьбу перевести в статус «санатория - дома отдыха семейного типа» или «дома отдыха семейного типа – музея».

До этого момента, хочется верить, осталось не так много времени. Побывав в Шаровке в мае этого года, можно было заметить реставрацию части усадьбы, а также начало работ в парковой зоне. Парк находиться в плачевном состоянии, сейчас его легче назвать лесом. Знаменитая «липовая аллея» с ветвями, растущими вертикально вверх, все же сохранила свою красоту. Прогуливаясь по Шаровке, чувствуется приятный чистый воздух насыщенный эфирными маслами, которые источают лесопосадки. Сохранилась беседка с химерами у крыши в виде купола, у земли видны очертания лебедя. Даже тяжело представить себе насколько все было красиво в те годы! Терассы заново оштукатурены, ступени ограждены, хотя это совершенно не мешает всем желающим спуститься вниз к  каменному мосту между заболоченных прудов. Если сойти вниз по крутому склону с горы можно отыскать источник с родниковой водой. Не удалось увидеть ту самую уцелевшую надгробную плиту Геберштейна. Слева от прудов находиться частично сохранившийся оранжерейный комплекс. Сохранились и металлические конструкции, и даже настенные вылепленные горшки для плетущихся растений. На прогулку в Шаровке нужно выделять немало времени, что бы полностью насладиться красотой этого места.

С августа, по данным, ведутся работы по дезинфекции санатория и территории. Также проводиться инвентаризация книг в усадьбе, после которой, возможно, откроются новые интересные данные о поместье.

Хочется все же однажды приехать в Шаровку и увидеть ее первозданное величие: фонтаны, белые террасы, оранжерею с внутренним поливом, чистые пруды с проплывающими лебедями, прогуляться мимо розария, увидеть фазанов и оленей. Прикоснуться к началу XIX века и представить себя если не бароном Кенигом, а как минимум графом!

 Статья - Марина Koda Доронина.  Частичное или полное использование текста статьи возможно только с разрешения автора статьи! 

Koda 02.11.2009 21:53